5 лучших показов Недели моды в Лондоне, весна-лето 2027
Erdem, весна-лето 2027
Эрдем перенес показ новой коллекции в Roundhouse — круговой подиум как нельзя лучше подошел под центральный образ повествования. Музой стал воздушный гимнаст 1920-х по имени Барбетт — он менял мужские костюмы на женские прямо в воздухе. Главными вещами стали инкрустированные боди с плотной бисерной вышивкой, отсылающие к сценическому трико гимнаста, и костюмы в духе шпрехшталмейстера — приталенные жакеты с укороченным силуэтом, часто обрывающиеся у самой талии и открывающие расшитое трико под ними. Рядом шла утилитарная верхняя одежда, отделанная жаккардом, — практичный контраст к сценической роскоши. Завершали образ фирменные для бренда декадентски-небрежные дневные платья: слегка помятые, будто с них только сняли сценический костюм. Крой намеренно играл на грани мужского и женского — где-то плотно облегал тело, где-то резко обрывался, обнажая совсем другую фактуру под собой. Мы в эту коллекцию просто влюблены!
Mulberry, весна-лето 2027
Дебют Кристофера Кейна в роли креативного директора Mulberry доказал: его талант просто ждал подходящий Дом. За основу всей коллекции Кейн взял геометрию клапана сумки Bayswater и поиграл с ней в каждой вещи: от линии декольте до сложенных чешуек на платье. Критики усмотрели в этой минималистичной футуристичности явный привет Андре Курреже и космической эстетике 1960-х. Кожа держала 80% шоу, остальное — глянцевая органза и хлопок в клетку. Оранжевый анорак отсылал к шахтерскому детству дизайнера в Шотландии. Почти каждая модель несла обновленную сумку бренда — и часть из них, судя по коже, скоро заметно подорожает.
Simone Rocha, весна-лето 2027
Симон Роша в этом сезоне увлеклась деталями. Вместо сложной концепции и источников вдохновения она говорит о простом человеческом счастье, которое хотела транслировать. Теплота близких, эмпатичный жест и тихая нежность, переведенные на язык одежды, которая обнимает и подерживает тело. Бельевые комбинации, слои в стиле дезабилье и скрученный трикотаж прилегали к коже, бисер выглядел нарочито потрепанным, будто вещь любили и носили годами. Самой странной и самой запоминающейся деталью стала глициния — ее оборачивали вокруг ушей или превращали в упряжь, притягивающую платье ближе к коже. А впечатляющим бьюти-приемом стали брови из бисера.
Petra Fagerström, весна-лето 2027
Петра Фагерстрём назвала коллекцию «Шведское лето» и слегка шутила: плотная кожа, вышивка, меховые парки — на жаре в Лондоне это шоу выглядело комично неуместно. Зато идея сильная: линзовидная печать, при которой платье при движении вдруг показывает бельё или бант, а обычный тренч раскрывается в цельный кожаный костюм. Фагерстрём, известная кропотливой плиссеровкой, уже забирала награды в Йере и набирает популярность в фэшн-сооьществе. Вдохновение для этой коллекции черпала из нелепых глюков нейросети, которую спрашивала о смешении женственности 1950-х со стритвиром.
Francesca Lake, весна-лето 2027
Франческа Лейк устроила на подиуме настоящее ямайское шествие — кринолины с подушками, воротники-крылья, безумная бисерная работ. Название Wake the Town — игра слов: и клич из ямайской песни, и поминки, которые там скорее празднуют жизнь. Женщина в белом кринолине с бананами в руке в финале, будто это зонтик, — отсылка к открытке столетней давности с торговками рынка Кингстона. Лейк сталкивает образы рабочего класса с аристократическими тропами — получилось умно и остроумно.