Последние сезоны мы то и дело, что следили за большими дебютами дизайнеров в модных Домах. Но не менее интересно, интригующе наблюдать, как «уходит эпоха» и какую последнюю коллекцию представляют большие дизайнеры прежде, чем захлопнуть дверь ателье на предыдущем месте работы.
Таким прощальным событием текущей Недели моды в Париже стало финальное шоу Питера Мюлье для Alaïa. Бельгиец проработал на позиции креативного директора пять лет и буквально вывел бренд в хэдлайнеры мировой индустрии. (Теперь весь мир моды гадает, что он сделает с Versace, куда поспешно перешел.) «Я чувствую себя одновременно опустошенным и счастливым», — произнес Мюлье под занавес.
- Источник:
Alaïa
Когда в 2021 году Мюлье занял пост креативного директора Alaïa, это был первый раз, когда кто-то вообще получил этот титул официально. Азедин Алайа умер в 2017-м, и три года дом существовал без нового голоса — выпускал архивные вещи, ждал, присматривался. Найти человека, который не разрушит то грандиозное, что было создано, — задача почти невозможная. Мюлье с ней справился блестяще. Новость о том, что он переходит в Versace в качестве креативного директора — с 1 июля 2026 года — появилась в начале этого года. Это означало, что показ осень 2026 станет последним.
Парижская Fondation Cartier, где состоялось мероприятие, была забита до предела. В зале сидели и коллеги дизайнера — Матье Блази из Chanel (бывший муж) и Раф Симонс из Prada (новый работодатель). На одной из стен висел огромный экран с портретами каждого члена команды ателье, а на каждом стуле лежал альбом с теми же снимками. Мульк хотел напомнить, что каждый бренд — это Дом, выстроенный и выстраданный на труде, слезах и любви его сотрудников.
- Источник:
Alaïa
За несколько дней до шоу курьеры развезли по адресам небольшие чемоданчики с кожаным пазлом внутри. Гостям шоу в качестве приглашения предлагали собрать кожаный корсет с заклепками, похожий на средневековые доспехи Жанны Д’Арк.
Коллекцию открыли (чересчур) минималистично — облегающими платьями-комбинациями без лишних деталей, длинными двубортными пальто с перчатками, задрапированными вечерними платьями с геометрическими панелями под крокодиловую кожу. Все это — аккуратный разговор с 1990-ми, с бодикон-силуэтом, с тем, что составляло ДНК дома еще при основателе.
Постепенно коллекция набирала объем. Появились расклешенные шубы с шестидесятническими пропорциями, костюмы с юбками и неожиданно расположенным меховым кантом, пальто с оборчатыми ярусами. Кожаные жакеты с жесткими каскадными пачками (один из самых сильных образов коллекции осень 2026). Самым провокационным стало скульптурное платье-труба насыщенного оранжевого цвета с манжетами, крепившимися к щиколоткам сзади. Именно за такие вещи Мюлье любят те, кто следит за его творческим развитием особенно внимательно.
«Это словарь последних пяти лет, — сказал он после показа. — То, чему я научился в Alaïa, я оставляю следующему дизайнеру. Это как оставить ключи на столе. Здесь я научился точности и тому, что настоящая роскошь — это идеально скроенный жакет».
Вокруг прощального шоу Alaïa разгорелось два индустриальных спора. Первый — многие критики посчитали коллекцию чрезмерно скромной, сдержанной и в чем-то даже ленивой. Будто Мюлье уже осознавал свой уход и работал, спустя рукава, выдавая что по-проще. Второй — не успел дизайнер и модели скрыться за кулисами, как по подиуму вслед за ним ломанулся Раф Симонс. Официально-сентиментально — ему не терпелось первым поздравить Питера с коллекцией. Тем не менее, многие посчитали такую спешку «в свете софитов» очень неуместной. Будто бы Симонс намеренно подчеркивал свою роль серого кардинала моды. Это было истолковано грубо.
Коммерческая сторона вопроса тоже говорит сама за себя. Richemont, которому принадлежит Alaïa, не раскрывает выручку по отдельным брендам, однако в третьем квартале 2025 финансового года группа зафиксировала рост продаж на 11% до 6,4 миллиарда евро. Балетки из сетки и сумка Le Teckel, появившиеся при Мюлье, давно стали лакомыми предметами постоянного гардероба.
Преемник пока не назван. (Но есть кандидаты). Дом уже однажды позволил себе паузу длиной в три года. Повторится ли это снова? Вопрос открытый.