5 лучших показов Недели моды в Милане, весна-лето 2027
Ferragamo, весна-лето 2027
Неделя моды в Милане вызвала многочисленные споры буквально по каждому показу. Не припомним, чтобы критики высказывали настолько противоположные мнение: одни в восторге от нового Gucci Демны, другие — похоронили бренд; одни провозглашают Мерилл Рогге «новой Прада», другие — ставят показу Marni уничижительные 3/10. И лишь ОДИН бренд на Неделе моды в Милане в сезоне весна-лето 2027 вызвал всеобщий восторг и овации. Это Ferragamo. Нарекание к работе Максимилиана Дэвиса не было ни у кого, только — поздравления. И это при том, что в основу коллекции лег очень спорный для моды референс — военная форма 1940-х. Отправная точка — Ли Миллер, модель и военный фотожурналист. Дэвис срезал жесткость с плеч с ее мундира, заменил утилитарный хлопок шифоном, а карманы щедро задекорировал. Прозрачность и силикон добавили общей картине легкой фетишистской дерзости — привет интимным снимкам Миллер. Фирменное платье-шарф дома здесь стало абсолютом чувственности — шелк задрапировали между ног моделей в единой петле.
Bottega Veneta, весна-лето 2027
Луизу Троттер за новую коллекцию многие поругали. Мол, что это было: «Боттега», «Шанель» или «Дрис»? Мы же похвалим! Троттер наконец отпустила вожжи. После двух сезонов, которые критики упрекали в тяжеловесности, к весне дизайнер выдохнула. Использовала более легкие ткани, добавила больше цвета (палитра фантастическая!), в шоу появилось воздушное кружево и вязание в старинной венецианской технике. Бахрома — главный тренд месяца — свисала с поясов, закручивалась в юбки-пузыри и обрамляла гигантскую соломенную сумку. Приталенный удлиненный крой жакетов отлично сидел поверх простых чинос, а из-под белой рубашки кокетливо выглядывал край бюстгальтера. Сама Троттер назвала это ощущением «легкой недосказанности». И нам такие модные намеки очень по душе.
Marni, весна-лето 2027
Еще одно спорное шоу женщины-дизайнера. Но хвалебных отзывов на него у строгих критиков все же больше! Присоединяемся к группе поддержки. В сезоне весна-лето 2027 Мерил Рогге не показывает ваши, она их вскрывает. Вся коллекция Marni построена вокруг идеи разреза: подкладки вывернуты наружу, швы намеренно расходятся, а вырезы обнажают тело там, где обычно ткань его прячет. Главная модная шутка: платья-цилиндры из кожи и плотного атласа, в которые вшиты бюстгальтеры, стирая границу между исподним и верхней одеждой. И отличный стайлинг-трик — носить шорты с бриджами одновременно (про него мы рассказывали в отдельном материале).
Roberto Cavalli, весна-лето 2027
Фаусто Пульизи показал на подиуме то, чего обычно ждут от итальянской моды, — чрезмерной сексуальности и безудержного веселья. Дизайнера очевидно вдохновил тот факт, что «дикие» вещи Roberto Cavalli из нулевых сейчас на пике популярности у ресейлеров, и он выдал коллекцию, будто прямиком из того времени. (А возможно, и по тем самым лекалам.) Анималистичные принты, деворе-бархат, вышивка, высокие разрезы и «голые» фасоны. Среди референсов — есть и гранжевая Кортни Лав, и сериал «Беверли-Хиллз, 90210» (обожаем!), и живопись Антонелло да Мессины. Модели выходили на подиум в мини-юбках размером с кукольную одежду и зауженных клеш-джинсах, украшенных перьями, мехом, кристаллами и тканевыми подсолнухами — иногда всем сразу. На фоне всеобщего минимализма, ограничений и строгости хочется позволить себе жить и одеваться так же ярко, как героини подиума Roberto Cavalli.
Alberta Ferretti, весна-лето 2027
Лоренцо Серафини впервые дал себе волю с экстравагантными цветами — редкий эксперимент для него самого. На мудборде — Лев Бакст с декорациями дягилевских «Русских сезонов» и дом Callot Soeurs 1910–1920-х. Комбинации с бахромой и струящиеся брюки с перьями от колена транслировали идею свободы движения. Цветочные принты смешались на шароварах, поясах-оби и кимоно-жакетах. Финал закрыли невесомые платья в стиле будуара. Перья из крошечных металлических трубочек реагировали на воздух и начинали «дрожать», а японская ткань с металлической нитью весила всего около 20 граммов — сама невесомость. Некоторые обвинили Серафини в чрезмерном «подражании Сен-Лорану» — референсы, действительно, считываются. Но явно переработаны с уважением и восхищением.